Казалось, он видел очень долгий сон, в который один за другим вплывали люди из его прошлой жизни.
Лицо отца во сне было очень добрым; сон стер его былую строгость, и сквозь пелену доносилось лишь невнятное: «Думай больше. В такой семье, как наша, нужно думать наперед».
Сидевшая напротив женщина во сне тяжело вздохнула и со слезами на глазах произнесла: «Когда делала татуировку, поняла: жгучая боль на коже и правда заставляет забыть о душевных ранах».
Человек в белой рубашке, занятой подписанием бумаг, во сне вел себя подчеркнуто медлительно и с полным безразличием к нему.
В полузабытьи показалось, что рядом снова стоит инструктор тех лет. Надавливая мелом, он вывел на доске четыре иероглифа: «Единая точка отказа», затем выхватил кинжал и с силой вонзил его в доску. Полетели щепки, и его взволнованный голос прогремел: «Убийство — это не дело безрассудных громил! Это уничтожение ключевого узла ради изменения всей расстановки сил».
В полубреду он отправился в путь. Дорога во сне была бесконечной, отблески крови — яркими, а мир вокруг — зыбким и мягким.
— Чжан Бэйхай? Просыпайся!
Кажется, кто-то звал его. Да, этот сон длился слишком долго.
Он знал, что пришло время кого-то убить. Выжидая, пока туман в сознании рассеется, он готовился выйти из анабиоза. Глаза он открывать не спешил: многолетняя выучка подсказывала, что первым делом нужно оценить обстановку.
— Подъем, Чжан Бэйхай! — игривый голос снова зазвучал над ухом. Чжан Бэйхай уже и не помнил, когда в последний раз слышал столько тепла в чьем-то голосе. — Чжан Бэйхай? Ну почему ты не просыпаешься? Все показатели в норме. Сестра, ну почему он все еще спит?
Не открывая глаз, он мысленно просканировал собственное тело.
Боли не было, конечности целы, никаких трубок не введено — лишь кислородная маска на лице. Под спиной ощущалась мягкая постель, неподалеку переговаривались несколько человек. Чувствовался слабый запах больничного антисептика и легкие нотки духов... кажется, жасмин?
Сосредоточившись, он начал прислушиваться к разговору рядом.
— Вань Инин, он вот-вот очнется. Сейчас Чжан Бэйхай еще дезориентирован, все-таки несколько десятилетий прошло. Подожди пару минут, пока оставляю его на тебя. Мы с доктором должны пойти на совещание с секретарем кабинета министров из правительства. Днем прибудут люди из Президиума. Просто перебросься с ним парой слов, а если возникнут вопросы, свяжись с доктором Чжу.
— Не волнуйтесь, сестра, я просмотрела его личное дело. Если не справлюсь, позову вас.
Слушая шаги, он прикинул расстояние до двери — около пятнадцати шагов. Медсестра, которую назвали «сестрой», ступала легко и удалялась быстро. Он про себя размышлял: «Секретарь кабинета? В Госсовете разве появилась такая должность? А Президиум — это что за структура? Неужели произошла масштабная реформа госаппарата? С какой стати чиновники уровня замминистра и выше беспокоятся о моем пробуждении?»
Другая медсестра по имени Вань Инин подошла к его кровати. Аромат жасмина стал отчетливее. Казалось, она склонилась к самому его лицу, вглядываясь; ее теплое дыхание коснулось его уха.
Вань Инин... Какое знакомое имя. Кто же она такая?
Пока он мучительно пытался вспомнить, в лоб ему уперся холодный цилиндрический предмет.
Пистолет! По спине пробежал холодок, и сердце сжалось от ужаса: конец!
— Хватит притворяться спящим, товарищ Бэйхай, открывай глаза, — тихо усмехнувшись, звонко произнесла Вань Инин.
— Мой энцефалограф показывает, что ты уже проснулся. Я приглушу свет, открой глаза и попробуй привыкнуть, — она мягко улыбнулась.
Оказалось, ко лбу Чжан Бэйхая прижимали вовсе не пистолет. Он немного перевел дух: даже если она подослана спецслужбами, вряд ли они осмелились бы средь бела дня стрелять в него в больнице. Захоти они с ним расправиться — давно подстроили бы врачебную ошибку или пустили в ход нервно-паралитический яд. К тому же разведка не станет ликвидировать его, не вытянув предварительно сведения.
Собравшись с силами, он с усилием открыл глаза, разгоняя стоящий перед взором туман.
Тусклый желтоватый свет все равно резал глаза до слез, однако хорошенькое, миловидное личико перед ним заставило Чжан Бэйхая замереть. Девушка показалась ему странно знакомой. Она часто хлопала ресницами, глядя на Чжан Бэйхая с неприкрытым любопытством.
Заметив, что он открыл глаза, она фыркнула со смеху и спросила: — Ну что, наш полковник Бэйхай все еще думает об убийствах?
Чжан Бэйхай снова вздрогнул. Откуда ей известны его звание и операция?
Слезы, вызванные резью в глазах, застилали взор, и Чжан Бэйхай снова зажмурился, погружаясь в спасительную темноту.
— Ой-ой, неужели полковник Бэйхай расплакался из-за того, что не выполнил задание? — посмеиваясь, она промокнула его слезы.
— Да не переживай ты, твое задание отменили. Теперь твоя задача — сесть и немного поболтать со мной. Все прежние тяготы позади, на дворе новая эпоха.
Она помогла Чжан Бэйхаю приподняться и сесть, а затем устроилась напротив.
Приходилось признать: она была ослепительно красива. В ее глазах светилось летнее солнце, которого Чжан Бэйхай не видел уже очень давно. Стоило задержать на ней взгляд на пару секунд, как в груди поднималась необъяснимая волна трепета и смятения.
— Привет! Меня зовут Вань Инин, я твоя медсестра. Та самая милая медсестра, с которой можно просто поболтать, а не обсуждать убийства.
В ее китайском слышались мягкие интонации диалекта у; голосок звучал звонко, живо и очаровательно.
— Я знаю, у тебя куча вопросов: почему отменили миссию, откуда я о ней знаю, что там происходит снаружи, объединили ли «чистильщики» Землю, почему с тобой сидит такая... симпатичная медсестра, и так далее. Давай, спрашивай!
Произнося слово «симпатичная», она слегка смутилась, и это неуловимо напомнило Чжан Бэйхаю далекое прошлое.
Чжан Бэйхай шевельнул пересохшими губами и с трудом выдавил: — Какое... сейчас время?
— Сейчас 11 утра. А, ты, наверное, про год? Сейчас 40-й год Эры Объединения. По вашему летоисчислению нашей эры это примерно 2100 год. Твое задание по устранению относилось где-то к 2050 году, так что те сроки давным-давно прошли. События ваших времен для нас теперь просто параграфы в учебниках истории да сюжеты для видеоигр. А почему ты пропустил запланированный срок пробуждения и очнулся только сейчас — тебе скоро дадут ознакомиться с документами, сам все узнаешь.
Пока она говорила, Чжан Бэйхай уже строил догадки. В его время технология гибернации была несовершенной; к тому же он лег в спячку в составе группы испытателей. Из-за технических сбоев пробуждение вполне могло задержаться. Да и не возьмись тогда за дело его непосредственный начальник, он бы ни за что не подписался на это задание.
Чжан Бэйхай лихорадочно соображал: покушение действительно стало достоянием истории? Или это тонкая уловка спецслужб?
Глядя в лукавые, хорошенькие глаза Вань Инин, он чувствовал, как мысли путаются.
Вань Инин, словно прочитав его мысли, снова улыбнулась: — Не переживай, сейчас мирное и дружелюбное время. Ты уже далеко от тех бурь. В политике я не разбираюсь, но во второй половине дня с тобой встретятся секретарь кабинета министров Объединенного правительства и первый руководитель департамента логистики, тогда обо всем и поговорите. Кстати, твой образ перенесли во множество игр, сняли кучу фильмов, так что теперь ты настоящая знаменитость — «полковник Бэйхай»! У тебя море поклонниц.
Говоря это, она перелистывала данные на экране. Внезапно перед глазами Чжан Бэйхая мелькнула фотография. Это был он! Чжан Бэйхай понял, что смотрит на лицо человека, которого должен был ликвидировать! Накатившая сонливость испарилась без следа. Чжан Бэйхай похолодел: дело нечисто, что-то пошло не так.
Сделав максимально невозмутимый вид, Чжан Бэйхай спросил: — Инин... а кто тот человек на снимке?
— А, точно! Это как раз тот самый первый руководитель Департамента логистики и общественных связей, который придет к тебе сегодня днем. Где-то через час будет... Эй, не двигайся! У тебя пульс подскочил до 167, это слишком много, успокойся.
Что она говорила дальше, Чжан Бэйхай уже не слышал. Он осознал лишь одно: игра не окончена, операция только начинается. Его нынешняя легенда шита белыми нитками. Неужели Уэйд что-то пронюхал и идет по его следу? Что делать? Чжан Бэйхая охватили тревога и страх.
В свое время, перед тем как лечь в анабиоз, Чжан Бэйхай ради конспирации задействовал связи в Одиннадцатом бюро и основательно зачистил свое личное дело. Все оставшиеся на него архивы были фальшивкой, вплоть до деталей приказа на ликвидацию. Документы хранились по частям в разных местах, и сейчас в руках у властей была лишь одна из его ложных биографий и самый поверхностный слой плана покушения.
А имя настоящей цели знал только сам Чжан Бэйхай — он бы не забыл его даже в бреду. Это был тот самый секретарь кабинета, который собирался навестить его с минуты на минуту. Только вот покушение должно было состояться в 2035 году. Успешное выполнение миссии сулило ему повышение как минимум на один ранг, позволив до 40 лет дослужиться до уровня начальника главного управления — об этом так мечтал его отец.
Чжан Бэйхаю оставалось только сохранять спокойствие и наблюдать. Медицинское оборудование и мониторы в палате выглядели предельно лаконично: вся сложная начинка была скрыта в стенах. Лишь на прикроватной тумбочке лежало несколько простых приборов, а рядом находилась панель стены с голосовым управлением. Насколько помнил Чжан Бэйхай, оборудование для гибернации и пробуждения было громоздким и сложным; в его эпоху о портативности не могло быть и речи, да и к 2050 году уменьшить его вряд ли удалось бы. Если исходить из того, что поколения анабиозных установок сменялись раз в десять лет, на дворе было никак не раньше 2090 года. Значит, названная Вань Инин дата вполне правдоподобна.
Его целью был Уэйд. Чжан Бэйхай знал, что тот лег в гибернацию всего на год позже него самого. Если он уже занимает пост в правительстве, значит, проснулся очень давно. Однако на снимке ему было на вид около сорока — почти столько же, сколько на первой фотографии, которую видел Чжан Бэйхай. За этим явно что-то кроется.
— Давай пообедаем вместе? — предложила Вань Инин. — Ты только очнулся, ни работы, ни денег, сам выйти поесть пока не сможешь. Давай я тебя угощу прямо здесь?
С этими словами она голосом активировала встроенное в стену устройство — похоже, пневмопочту или капсульный распределитель, доставивший порции еды.
— В вашу эпоху нашей эры еда ведь была целым культом, да? — с улыбкой спросила Вань Инин, забирая контейнеры.
— Я заказала тебе довольно дорогой обед, как раз по вкусам ваших времен. Правда, все равно может показаться не таким вкусным: у вас ведь тогда всё готовили вручную. Через пару дней не забудь вернуть долг! Да, кстати, днем придет секретарь Уэйд, чтобы распределить тебя на работу. Ты же теперь суперзвезда!
— Секретарь Уэйд? Тот человек с фотографии? Какую еще работу он мне предложит? И почему это я вдруг звезда? — спросил Чжан Бэйхай, а сам недоумевал: как американец может занимать высокий пост в этом правительстве? Неужели мир действительно перевернулся?
— Конечно звезда! После того как ваша группа легла в гибернацию в 2020-х, законом запретили погружение на срок более двух лет: чем дольше срок, тем выше смертность, да и этических проблем не оберешься. Так что «зимовщиков» совсем немного, а редкое всегда в цене. Людям вы безумно интересны! Корпорация «Лето любви» наклепала о вас кучу игр, армия фанатов гигантская. Взять того же секретаря Уэйда: он проснулся в прошлом году и моментально обзавелся сотнями миллионов поклонников. Теперь, когда очнулся ты, правительство действует осторожнее и не разглашает адрес больницы, чтобы фанаты ее не оцепили. Большинство сторонников Уэйда пришли из популярной одноименной игры «Уэйд». Прошлой весной игроки даже создали партию и начали лоббировать правительство, требуя дать Уэйду какую-нибудь почетную государственную должность. Никто и подумать не мог, что Уэйд окажется настолько крут: он не просто идеально вписался в новую эпоху, но и блестяще проявил себя на службе. В этом году Президиум назначил его генеральным секретарем кабинета по общественным связям и логистике. Он единственная звезда видеоигр и одновременно политическая фигура первой величины за всю историю Объединенного правительства.
На душе у Чжан Бэйхая заскребли кошки. Он тут же переспросил: — Зачем тогда Уэйду встречаться со мной? Разве он и без того не на вершине успеха? И что это за «правительство»? Кажется, в наши времена все было устроено иначе. Что вообще произошло?
Вань Инин посмотрела на Чжан Бэйхая: — Правительство — Объединенное, какое же еще. Полагаю, Уэйд хочет устроить тебя на работу. Вы оба теперь знаменитости, а вместе — так вообще суперзвезды. С одной стороны, его ведомство курирует связи с общественностью, а твое пробуждение — сенсация, которую нужно грамотно осветить. С другой стороны, оно отвечает за тыловое обеспечение аппарата, а в твоем деле написано, что ты когда-то занимался госзакупками. Так что ты отлично подходишь для его структуры.
Чжан Бэйхай криво усмехнулся про себя: «Человек, которого я должен был убить, предлагает мне пойти к нему на службу? Он проснулся больше чем на год раньше меня? Да еще и сделал меня знаменитостью?»
Помедлив, он снова спросил: — А с кем объединилось это правительство? И какого вообще ранга сейчас этот Уэйд?
Вань Инин, возясь с аппаратурой в палате, недовольно буркнула: — Эти новые дисплеи до того мудреные, каждый раз приходится лезть в инструкцию, и вечно какие-то мелкие сбои. Я приготовила для тебя вводные материалы, а теперь вот и показать не могу. — Затем она снова улыбнулась: — Ты задаешь слишком много вопросов. Наши психотерапевты строго запрещают вываливать сразу всё на только что очнувшихся пациентов, адаптироваться нужно постепенно. Единственное, что могу сказать: Объединенное правительство — это, по сути, ваша бывшая Организация Объединенных Наций. Сейчас на всей планете существует лишь один этот государственный орган. Мир сильно изменился, привыкай потихоньку.
Чжан Бэйхай почувствовал себя так, словно рядом разорвалась бомба; тело словно наполовину онемело. Ситуация зашла в совершенно непредсказуемое русло. «И Юйхуань, и Фэйянь обратились в прах»... Ради чего же он тогда боролся?
Тем временем Вань Инин закончила настраивать приборы в палате и обратилась к нему: — Старшая медсестра только что вызвала меня на инструктаж по эпидемиологической безопасности. Толку от него ноль, но каждый год уходит куча времени на эти учения. Ты пока поешь. С Новым годом тебя! Сегодня как раз первое января 2100 года.
В приемный покой лился яркий солнечный свет; Чжан Бэйхай провожал взглядом этот лучезарный силуэт, пока дверь за девушкой не закрылась.
Снова воцарилась глухая тишина.
Неужели все действительно так? Мысли Чжан Бэйхая вслед за ушедшей Инин унеслись в далекое прошлое, ко времени, когда он только изучал детали этой операции. До погружения в анабиоз он досконально проработал массу разведданных об Уэйде. Тот был ярым приверженцем эволюционизма, а в его дневнике красовался девиз: «Вперед! Вперед любой ценой!»
Тайно он являлся ключевой фигурой в организации «Продление цивилизации». Ее члены полагали, что для выживания земной цивилизации во Вселенной человечество должно быть ликвидировано, а на смену ему придет цивилизация искусственного интеллекта. По их убеждению, биологическое тело человека не способно выдержать масштабную межзвездную миграцию и даже обычные космические перелеты, поэтому ИИ должен как можно скорее занять место человека в качестве наследника Земли. Как выражался сам Уэйд: «Цивилизация превыше народа, прогресс превыше прав человека». В те годы он вливал огромные средства в разработку общего искусственного интеллекта (AGI) и в строжайшей тайне готовил план замещения людей машинами. В январе 2020 года разведка доложила, что «Продление цивилизации» создала установки гибернации, и Уэйд во главе группы сторонников лег в анабиоз. Чжан Бэйхай тогда пришел к выводу, что Уэйд отправляется в будущее ради решающего рывка — с его-то характером он ни за что не стал бы погружаться в сон без веской причины. В то время организация еще не была официально признана террористической, и открыто применить против нее военную силу не представлялось возможным. Поэтому командование поручило Чжан Бэйхаю возглавить группу и последовать за Уэйдом в будущее.
Срок анабиоза Чжан Бэйхая должен был составить всего десять лет, а в итоге он очутился в новом веке. Перед отправкой один из старых начальников напутствовал его: «С организацией „Продление цивилизации“ разберутся и без нас, если не мы, так другие. Когда проснешься, твоя задача — координировать действия, самому под пули лезть не надо. Главное — сбереги себя в будущем. Перетерпи десять лет, пережди нынешнюю бурю. К тому моменту твои нынешние коллеги, подчиненные и друзья уже станут влиятельными фигурами, былые проблемы покажутся пустяками, да и ты им снова понадобишься. За тобой преимущество в возрасте, ты в первой волне замороженных — будущее обеспечено! Я всегда говорил: уйти на пенсию в чине замначальника департамента — не твой уровень. С твоими данными и способностями надо мыслить шире. Я лично вложил в твое личное дело рекомендательное письмо, сам все поймешь, когда очнешься. Так что наберись терпения, пережди это время. Шаг рискованный, но и куш велик».
Чжан Бэйхай снова горько усмехнулся. Какую же злую шутку сыграл с ним этот мир! Как он вообще докатился до такого? Кажется, еще пару месяцев назад он рассчитывал, как бы выслужиться до начальника управления, а теперь в одно мгновение выброшен на обочину новой истории. Если Вань Инин не врет, то кто теперь Уэйд в этом Объединенном правительстве? Чиновник масштаба целой планеты? И что прикажете делать? Идти на него в одиночку с кинжалом наперевес? Или спасаться бегством? Не исключено, что еще до его пробуждения Уэйд уже придумал, как с ним покончить.